• +7 (3519) 34-14-11
08
Дек

Приглашение к чтению: Фадеев. Чёрная металлургия/ Главы из романа

К 120-летию со дня рождения советского писателя Александра Фадеева

lenta 068 014Мысли, рождённые во время чтения, заставили меня составить небольшую виртуальную экскурсию в прошлое. Это было в Магнитогорске 70 лет назад. Почему роман остался незавершённым?

Главы незавершённого романа Александра Фадеева можно читать как краеведческий этюд. Увидеть глазами писателя Магнитку 50-х. А это новые кинотеатры (лёгкий воздушный "Имени Горького" и "Челюскин"/"Магнит"), новые кварталы нынешнего Ленинского района, новые «ветки» для магнитогорского трамвая...
«Трамвайные вагоны, вытянувшиеся цепочкой, свернули с Набережной на дамбу и двигались через озеро в сплошном потоке мужчин, женщин, юношей, девушек, катившемся по направлению к заводу».

А как художественно-«дымно» раскрашено городское небо!
«В безветренном воздухе дымы восходят столбами над десятками труб. Одни дымы извергаются мощными клубами, другие вздымаются тихо и медленно, как легкие испарения, третьи сочатся тонкими струями, как от сигар, четвертые можно заметить только по вибрации горячего воздуха. Дымы восходят к небу, сохраняя свою окраску, даже когда они смешиваются где-то там, в небесной вышине, – это целая симфония дымов – черных, темно-бурых, желтоватых, белых, коричневых, голубоватых. И вдруг среди них над тушильной башней кокса взлетает вспышкой веселое, ослепительно-белое, сверкающее на солнце облако пара!»

Читая недолгие страницы "Чёрной металлургии", хочется побродить по маршрутам, предложенным автором: «В районе деятельности второго отделения милиции, возглавлявшегося Соколовым, находились Горно-металлургический институт, клубы – горняков, строителей, трудовых резервов, поликлиника, отделение связи, главный универсальный магазин, ювелирный магазин, магазин "ТЭЖЭ", несколько гастрономов, ресторан "Каратемир", Парк культуры и отдыха метизного завода, кинотеатр "Челюскин", мясокомбинат, завод фруктовых вод, два винных погреба, два самых крупных гаража – комбината и строительного треста – и, как везде, множество ларьков и киосков. Через этот район проходили также пути электровозов на "Гору" и к фабрике. Это был район контрастов».

А можно заглянуть в квартиру 29 и увидеть жизнь обычной советской семьи...
«Тина никогда не убегала от всех этих однообразных дел, незаметно ставших за пять лет содержанием ее жизни, – нет, она все делала быстро, ровно, споро. Она сразу же включила газовую конфорку и поставила чайник, неполный, чтобы быстрее вскипел. Еще с вечера, пока они там пели и пили, она подсушила полную сковородку гречневой крупы; теперь Тина высыпала крупу в кастрюлю, промыла в нескольких водах и, когда чайник вскипел, включила вторую конфорку, поставила вариться кашу и долила чайник. Достала из шкафчика в стене под подоконником, заблаговременно, еще вчера перед обедом, отлитые в расчете на утро и только для Павлуши, полкастрюльки густого, жирного, с большим куском мяса борща и кусок сырой баранины, завернутый в глянцевую бумагу. Вчера вечером, когда Тина второй раз ходила за водкой, она увидела, что в гастрономе продают расфасованную баранину. И так удачно получилось: только Тина вошла, как баранину стали выкладывать на прилавок, и Тина одна из первых попала в очередь».

А с какой любовью написаны строки, посвящённые женщине! Матери! домохозяйке...
«Она подхватила младшего, Алешку, на руки, утерла ему нос углом халатика, обнажив на солнце белую ногу, тонкую у щиколотки и неожиданно полную, женственную у бедра. В этом наивном материнском движении сказалась и привычка к мужу, человеку настолько близкому, кого и в голову не может прийти стесняться. Он и в самом деле не обратил внимания на жест ее. Он удовлетворенно смотрел, как жена легко перенесла Алешку на левую руку и, присев на корточки, подняла с полу коробку, вложила эту коробку в пальцы левой руки, а правой начала собирать конфетки, приговаривая: - А! А!.. Какие ладненькие!.. А! А!.. Алешка продолжал реветь, и мать сунула ему в рот клюковку в сахаре».

Сегодня есть модное слово для оценки языка художественного произведения – «вкусно». Действительно хочется перечитывать, смаковать текст.
Но, наступая "на горло собственной песне", Фадеев изучает учебники по металлургии, живёт на квартире у сталевара и часами торчит рядом с ним у мартена. Наверное, сегодня можно было бы превратить это произведение в роман – семейную хронику. Но задача у писателя была иной.
«Металлургическое производство – круглосуточное производство. Ночь за днем, месяц за месяцем, год за годом непрерывно люди порождают огненную стихию металла, могущую своим многотысячетонным, льющимся весом затопить и расплавить все, что ее порождает. Но люди непрерывно укрощают и организуют эту стихию на потребу человеку, к которому она приходит уже в виде балок, рельсов, брони, кровли, труб, колес, проволоки или в виде металлических заготовок...»

А в памяти будущих поколений Магнитогорска может остаться лишь короткая улочка Фадеева на Брусковом посёлке, известная в городе разве что Наркологическим диспансером.
А ведь А. А. Фадеев жил здесь среди горожан, пытался понять дух рабочего. Он оставил нематериальное, но яркое представление о буднях послевоенного поколения; города на стыке конца сталинского периода и начала хрущевского, смерти легендарного директора Г. И. Носова и назначения ушедшего в забвение, но много успевшего на ММК директора-американца А. Ф. Борисова.

Это было, когда меня не было...

 

istoh

Наталья Орлова

Прочитано 264 раз
   

Напишите нам

У вас появился вопрос или предложение? Напишите нам и мы вам ответим в самое ближайшее время!





Пожалуйста, пройдите анти-бот проверку!
Национальный проект Культура
magnitogorsk